Главная

Школа танцев

     Музыка - основа танца
     Название танцев
     Позиции в танце
     Вальс
     Танго



Оперные шедевры

     Дон-Жуан
     Волшебная флейта
     Севильский цирюльник
     Иван Сусанин
     Руслан и Людмила
     Тангейзер
     Лоэнгрин
     Риголетто
     Травиата
     Фауст
     Аида
     Борис Годунов
     Кармен
     Евгений Онегин
     Снегурочка
     Хованщина
     Отелло
     Князь Игорь
     Пиковая дама
     Иоланта
     Богема
     Царская невеста
     Сказание о невидимом
граде Китеже и
деве Февронии

     Мадам Баттерфлай
     Война и мир

Оперные шедевры
25 оперных шедевров
 

Царская невеста



«Царской невесте» и «Снегурочке» Н. А. Римский-Корсаков из всех своих опер отдавал особое предпочтение. Марфа и Снегурочка. Два женских образа, между собой не схожие и в чем-то друг другу близкие. Как замечал сам композитор в письме к Н. И. Забеле, «Царская невеста вовсе не фантастична, а Снегурочка очень фантастична, но и та и другая весьма человечны и душевны». Действительно, в бытовой драме, с устрашающей быстротой разыгрывающейся в «Царской невесте», нет ничего сказочного. И если душу той и другой девушки согревает сердечное тепло, то все же кристально чистая «фантастичная» Снегурочка обретает его лишь в конце оперы, надев волшебный венок Весны, а реальная Марфа во все время действия полна нежной любви к Ивану Лыкову. Смерть Снегурочки, истаявшей в теплых лучах утреннего солнца, несет берендеям прощение бога Ярилы; любовь Марфы бессмысленно гибнет жертвой темных людских страстей в страшную историческую эпоху.

Природа, в операх Римского-Корсакова часто связанная непосредственно с действием, в «Царской невесте» активной роли не играет, но слит с ней неразрывно кроткий девичий образ Марфы. В опере она главное лицо, и к ее хрупкому облику приковано сочувственное внимание зрителя-слушателя. Незамутненно ясна ласковая кантилена первой арии Марфы Собакиной, где светлые воспоминания о «детстве в зеленом саду» переплетаются с нежной памятью о начале ее любви. Но и здесь печалью овеян узорчатый лейтмотив «златых венцов», которые не суждено было надеть ни ей, ни ее Ване. На переосмысленных фрагментах музыкального материала этой же арии основана вторая ария Марфы в четвертом действии — трагический монолог Царской невесты. Ей, потерявшей рассудок, видятся «небо как шатер», безоблачные картины недавнего счастья; и трогательно прерываемое смятенными возгласами обращение Марфы к Грязному, которого она принимает за убитого Ивана Лыкова. Лейтмотив «златых венцов» сопровождает Марфу до конца оперы. Обе ее арии принадлежат к числу прекраснейших лирических вдохновений Римского-Корсакова.

 

Погибает и ревниво любящая Грязного пылкая Любаша, наиболее активная из «злых сил».


 


Марфа — Е. А. Степанова Большой театр Союза ССР

Любаша — Л. И. Авдеева Большой театр Союза ССР

Любаша — Т. П. Романова, Грязной — А. В. Сутягин

Ленинградский Малый театр оперы и балета


Мстительно ненавидя ни в чем не повинную Марфу, отчаявшись, она не раздумывая совершает преступление в неразумной надежде вернуть себе любовь Григория. Притом зелье, составленное по ее настоянию Бомелием, приводит к смерти не одну Марфу, но косвенно и Грязного, и Лыкова, и ее самое. Безрадостный образ Любаши, «крестницы» Малюты Скуратова, увезенной некогда из Каширы опричниками, рисуют печальный лейтмотив и скорбная протяжная песня без сопровождения «Снаряжай скорей, матушка родимая, под венец свое дитятко», которая предвосхищает дальнейший ход событий в опере. Ревнивые подозрения, уверенность в своем несчастье, исступленное желание добиться своего делают и Любашу в своем роде тоже безумной.

Психологически сложен главный мужской образ оперы — зловещая фигура Григория Грязного. Жестокий царский опричник, он горячо полюбил Марфу. Необузданный прежде в своих страстях, теперь он не осмеливается взять ее увозом, а прибегает к приворотному зелью. Думы его тяжки, и страшны ревность и коварство, но искренне и отчаяние, когда Григорий понимает, что сгубил «невинную страдалицу», любимую им, «как ветер любит волю».

Полной словно затаенной злобы, короткой, вкрадчиво извилистой мелодией Римский-Корсаков мастерски изобразил трусливую подлость царского лекаря Елисея Бомелия, как бы уподобив эту музыкальную фразу его ядовитому зелью.

К «злым силам» принадлежит и царь Иван Грозный, чей произвол вторгся в судьбы Марфы и Лыкова, беспощадно их сокрушив. Не принимая непосредственного участия в драме, он во втором действии только безмолвно проезжает на коне мимо дома Собакиных, посмотрев на Марфу взглядом, что ей «как камень на душу налег». Тяжело звучат в басах начальные интонации русской народной песни «Слава», сопровождаемые мятущимися пассажами скрипок. Они же, объединенные с темой Грозного из «Псковитянки», появляются в конце третьего действия, когда Малюта Скуратов с жестокой торжественностью объявляет по воле Ивана Марфу Царской невестой.

Выпукло охарактеризованы действующие лица, принадлежащие к «добрым силам». Благородный облик Ивана Лыкова раскрывается


 

 



 


 

в красивом ариозо в первом действии и арии в третьем (менее примечательной по музыке и написанной композитором уже после премьеры оперы дли певца Л. И. Секар-Рожанского). Впрочем, участие его, так же как и Василия Собакина (отца Марфы), Дуняши, Домны Сабуровой, в развитии действия незначительно.

 

 


Драма «Царская невеста» Л.А.Мея (1849), сюжет которой пленял и А.П. Бородина, привлекла к себе внимание Римского-Корсакова еще зимой 1867/68 года. Однако другие оперные замыслы на долгое время оттеснили эту тему, и к осуществлению своего давнишнего намерения написать на ее основе лирико-драматическую оперу композитор приступил лишь в феврале 1898 года (партитуру ее он окончил 24 ноября того же года). По его просьбе И. Ф. Тюменев переработал текст Мея и написал дополнительные сцены для либретто.



На немецком

В творчестве Римского-Корсакова для музыкально-драматического театра «Царская невеста» занимает особое место. Пройдя через новый период композиторских исканий, он на этот раз поставил себе задачей создать оперу, близкую классическому типу, но впитавшую в себя элементы современного оперного стиля. Не отказавшись от принципа сквозного действия, композитор главное внимание обратил на исследование музыкально завершенных номеров, основанных не на декламационной речитативности, а на широкой напевной мелодической линии. О своем новом вокальном стиле Римский-Корсаков писал в «Летописи моей музыкальной жизни», что он «должен был быть певучий по преимуществу, арии и монологи предполагались развитые, насколько позволяли драматические положения...». Правдивую человечность

переживаний героев Римский-Корсаков раскрыл средствами красивой, певучей, свободно льющейся лирической кантилены, в которой пластично объединены элементы классической мелодики и русской народной песни, причем подлинными мелодиями, кроме песни «Слава», композитор при сочинении оперы ни разу не воспользовался.

«Почти все лучшие мелодии „Царской невесты" возникают, как вздох, из глубины сердца»,— сказал Б. В. Асафьев. И уже на первом представлении оперы — 22 октября 1899 года в Русской частной опере С. И. Мамонтова в Москве — музыка «Царской невесты» дошла до глубины сердец слушателей. Исполненная лучшими силами труппы, под управлением М. М. Ипполитова-Иванова, в декорациях М. А. Врубеля, опера имела огромный успех.



 



 

Любаша — Т. И. Синявская

Большой театр Союза ССР

Сцена из спектакля Ленинградский театр оперы и билета имени С М. Кирова

 

 

 




 


 

 

 

«Овации... начались после I акта, когда Николай Андреевич вышел на сцену, вызванный всем театром единодушно»,— сообщила на следующий день газета «Курьер». Н. И. Забела в партии Марфы, написанной Римским-Корсаковым для ее голоса, «пела прекрасно, высокие ноты в ее ариях звучали чудесно»,— записал композитор в «Летописи». «Вчера я была в опере, слушала 2-й раз „Царскую невесту", — писала из Москвы 27 января 1900 года О. Л. Книппер А. П. Чехову в Ялту.— Какая дивная, тонкая, изящная музыка! И как прекрасно и просто поет и играет Марфу Забела. Я так хорошо плакала в последнем акте.» Так как дирекцию императорских театров, отвергшую его «Садко», Римский-Корсаков решил некоторое время «не тревожить», то в Петербурге «Царская невеста» была поставлена только в 1901 году.

В постановке оперы в Большом театре, в 1916 году, поэтичный образ Марфы создала A.В. Нежданова, а партию Любаши вокально и сценически талантливо и своеобразно спела Н. А. Обухова. После Октябрьской революции замечательными исполнительницами партии Марфы на той же сцене были Е. А. Степанова,

B.В. Барсова, Н. Д. Шпиллер, И. И. Масленникова. Прекрасный образ Марфы создан в наши дни Г. А. Ковалевой.

 

28 октября 1901 года Римский-Корсаков написал сыну Андрею Николаевичу о «Царской невесте»: «В общем, своей оперой я ужасно доволен: в ней все вышло, все звучит — и голоса, и оркестр; и по сцене все выходит, ни одной длинноты, а интерес возрастает с каждым действием. Думаю, что это наиболее виртуозная и уравновешенная из моих опер, а по эклектизму своих форм и средств она представляет наиболее желательный тип современной оперы. Я убежден, что ее когда-нибудь еще оценят с этой именно стороны».

 






© Академия духовного и телесного развития. 2011 - 2017