Главная

Школа танцев

     Музыка - основа танца
     Название танцев
     Позиции в танце
     Вальс
     Танго



Оперные шедевры

     Дон-Жуан
     Волшебная флейта
     Севильский цирюльник
     Иван Сусанин
     Руслан и Людмила
     Тангейзер
     Лоэнгрин
     Риголетто
     Травиата
     Фауст
     Аида
     Борис Годунов
     Кармен
     Евгений Онегин
     Снегурочка
     Хованщина
     Отелло
     Князь Игорь
     Пиковая дама
     Иоланта
     Богема
     Царская невеста
     Сказание о невидимом
граде Китеже и
деве Февронии

     Мадам Баттерфлай
     Война и мир

Оперные шедевры
25 оперных шедевров


Евгений Онегин

 

 

«Я написал эту оперу потому, что в один прекрасный день мне с невыразимой силой захотелось положить на музыку все, что в „Онегине" просится на музыку. Я это сделал, как мог... мне нужны люди, а не куклы; я охотно примусь за всякую оперу, где хотя и без

сильных и неожиданных эффектов, но существа, подобные мне, испытывают ощущения, мною тоже испытанные и понимаемые», — писал П. И. Чайковский 2 (14) января 1878 года С. И. Танееву, который поделился с ним своими соображениями о несценичности оперы. В следующем письме к нему же Чайковский добавлял: «Про музыку я Вам скажу, что если была когда-нибудь написана музыка с искренним увлечением, с любовью к сюжету и к действующим лицам оного, то это музыка к „Онегину". Я таял и трепетал от невыразимого наслаждения, когда писал ее. И если на слушателе будет отзываться хоть малейшая доля того, что я испытывал, сочиняя эту оперу, — то я буду очень доволен и большего мне не нужно. Пусть „Онегин" будет очень скучным представлением с тепло написанной музыкой — вот все, чего я желаю».

Ближайшее время показало, что прав был Чайковский. Исполнилось его желание, чтобы в «Онегине» зрители с участием следили за жизненной правдой сюжетных коллизий, лишенных внешних сценических эффектов, чтобы их трогали выраженные музыкально душевные переживания героев оперы, конфликт между поэзией и действительностью, неподвластная людской воле фатальность обстоятельств, заставляющая более сильных душой ей покориться и ведущая слабых к гибели. Не оказалась опера и «скучным» представлением — такой живой и трепетной человечностью наполнила «теплая» музыка Чайковского происходящее на сцене.

 
 

Когда 13 мая 1877 года у Е. А. Лавровской- Цертелевой во время беседы с Чайковским о сюжетах для оперы, певица вдруг сказала: «А что бы взять „Евгения Онегина"», эта мысль показалась ему «дикой». Но вспомнив о словах Лавровской на следующий день, он «побежал отыскивать Пушкина» и бессонной ночью набросал сценарий оперы в трех действиях, семи картинах, легший без больших изменений (в шестой картине бал в московском Собрании был



 Ленский - Л.В.Собинов. Справа - Ленский - И.А.Нечаев.

заменен балом в Петербурге) в основу либретто, которое вскоре начал по указанию композитора писать К. С. Шиловской. В конце мая 1877 года Чайковский поселился на месяц в подмосковном имении Шиловского Глебово, чтобы там в тишине, среди «бесподобной», по его словам, природы начать сочинение музыки «Евгения Онегина».

Основные моменты из романа в стихах . А. С. Пушкина, на которых остановился Чайковский в сценарии, во многом совпадают с «драматическим представлением „Евгений Онегин"» в инсценировке Г. В.Кугушева (шедшей в 1840-х годах в Петербурге и Москве, а в провинции и до 1890-х годов), весьма вероятно, известной композитору. Чайковского интересовала личная драма главных героев романа: сюжетная линия Татьяна — Онегин и линия, ей сопутствующая, Ленский — Онегин. Здесь коренное отличие «лирических сцен» Чайковского от романа Пушкина, где развитие действия неотрывно от широкого изображения русской жизни первой четверти XIX века, от повествования, полного «ума холодных наблюдений и сердца горестных замет...», о главных героях которого верно заметил В. Г. Белинский: «Окружающая их действительность ужасна, и они гибнут ее жертвою».

В соответствии со сценическим положением действующие лица характеризуются в партитуре преобразованием и развитием свойственных каждому из них интонаций, интонаций напевных, привычных слуху, создающих бытовую атмосферу, в которой совершаются события тоже обыденные.



Павлова

Главное действующее лицо в опере — Татьяна Ларина-Гремина, чьи душевные страдания, крушение иллюзий, превращение из скромной мечтательной девушки в светскую женщину являются основным сюжетным зерном.



         Сцена из оперы "Евгений Онегин". Большой театр СССР.



"Я влюблен в Татьяну", — писал из Глебова 9 июня 1877 года П. И. Чайковский брату Модесту Ильичу. Вступление к опере рисует ее выдержанный в элегических тонах портрет. Неудачной первой любви Татьяны посвящены три картины первого действия: появление Онегина, сцена письма, отрезвляющая отповедь Онегина. Сообразно с душевными движениями Татьяны Лариной изменяется характеризующий ее музыкальный материал, и в третьем действии из его преобразований возникают новые фразы, исполненные то безнадежности, то душевной силы, изображающие все еще любящую, но верную своему долгу Татьяну Гремину.

Так же богат и круг интонаций, изображающих Ленского, трагическая история которого рассказана во втором действии. Здесь он, уже в первой картине, не влюбленный мечтатель, а пылкий юноша, чью впечатлительность ранит вспышка беспочвенной ревности; и, во второй, сразу возмужав, он предается печальному раздумью перед своей ранней, бессмысленной смертью.

Образ Онегина на протяжении действия оперы изменяется не менее сильно, чем образ Татьяны. «Столичный лев» (как назвал его Чайковский) в позе разочарованного в жизни денди, он в первом действии с иронической вежливостью преподает урок наивной и доверчивой Татьяне; во втором—«от скуки, от мелочного раздражения... вследствие рокового стечения обстоятельств» Онегин убивает на дуэли своего хорошего приятеля. В третьем действии разворачивается его собственная трагедия. Теперь он, «чудак притворный» для светского общества, влюбленный, умоляющий, отвергнутый, выслушивает отповедь Татьяны. И той приходится напомнить Онегину о мужской «гордости и прямой чести».

Прав был В. Г. Белинский, когда сказал о романе Пушкина: «Какое это грустное произведение. .. В нем жизнь является в противоречии с самой собой».

Характерен и внешне привлекателен созданный Чайковским колоритный бытовой фон, на котором разыгрывается действие и отчетливо выступают на первый план душевные волнения героев, прежде всего — Татьяны. То это покой русской усадьбы, свежесть ее тенистого парка, ширь окрестных полей и холмов, крестьянские песни, пастуший рожок на заре; то старомодный бал у Лариных «на Татьянин день», где танцуют их сельские соседи; наконец, «блеск и суета большого света» на роскошном балу в столице.

 

Закончив инструментовку оперы 20 января 1878 года, Чайковский не захотел предложить ее дирекции императорских театров. Ему претила рутина казенной сцены. «Где я найду Татьяну, ту самую, которую вообразил Пушкин и которую я пытался иллюстрировать музыкально? Где будет тот артист, который хоть несколько подойдет к идеалу Онегина... Откуда возьмется Ленский, 18-летний юноша с густыми кудрями, с порывистыми и оригинальными приемами поэта а ля Шиллер?» — взволнованно писал композитор Н. Ф. фон Мекк 16 (28) декабря 1877 года.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Ленский - С.Я.Лемешев. Большой театр СССР.

 

Партитуру «Евгения Онегина» Чайковский передал Н. Г. Рубинштейну — для ученического спектакля в Московской консерватории. В ее зале 16 декабря 1878 года были показаны первые четыре картины оперы, а 17 марта 1879 года в переполненном Малом театре ученики вокальных классов А. Д. Кочетовой и Д. Гальяни (М. Климентова, А. Левицкая, С. Гилев, М. Медведев, В. Махалов, Д. Тархов и другие) впервые под управлением Н. Г. Рубинштейна и в постановке И. В.Самарина исполнили «Евгения Онегина» полностью. Вызванный телеграммой П. И. Юргенсона, на генеральную репетицию (от которой «ощутил большое удовольствие») из Парижа приехал Чайковский. Первое представление прошло не во всем гладко, но, по отзыву композитора, в целом удовлетворительно. Из певцов он отметил «теплоту и искренность» М. Климентовой. Несмотря на аплодисменты и горячий прием со стороны московских музыкантов, Чайковский «особенного восторга в слушателях не заметил».

 

         

Критические замечания вызывали либретто и «неуважение» к пушкинским стихам; певцов, которым пришлось много поработать над своими партиями, смущало новаторство оперного письма Чайковского. Из музыкальных критиков первым высоко оценил музыку ''Евгения Онегина» Г. А. Ларош, еще после первого прослушивания поместивший статью о новой опере Чайковского в газете "Голос" .

Как вспоминала А. И. Брюллова, «много меломанов и настоящих артистов (между прочим. А. Г. Рубинштейн) поехали в Москву на это представление и у всех явилось желание услышать новую оперу на настоящей сцене. Ю. Ф. Абаза. . . поставила „Онегина" у себя на квартире с роялем, с такими силами, как Панаева, Лавровская, Прянишников, но этот спектакль был только для небольшого кружка ее знакомых. Позднее Музыкальный кружок поставил „Онегина" в довольно большой зале с оркестром из любителей, но даже при таких условиях опера имела большой успех».

Несмотря на нежелание композитора видеть свою оперу на казенной сцене, уже осенью 1881 года она с большим успехом прошла в Большом театре в Москве, а в 1884 году — в петербургском Мариинском театре. Затем последовали новые и новые ее постановки. В ноябре 1888 года «Евгений Онегин» был поставлен в Праге, на сцене Национального театра, под музыкальным руководством его главного дирижера А. Чеха. Партию Татьяны исполнила известная чешская певица Б. Фёрстер- Лаутерерова, Ленского — В. Флорианский, Онегина — Б. Бенони. На премьеру приехал П. II. Чайковский. Она имела большой успех. «Удивительно мелодичная музыка Чайковского, танцы, превосходное исполнение, получившее одобрение критики и композитора — все это вместе взятое способствовало тому, что „Евгений Онегин" стал любимой оперой, которую публика. . . продолжала с удовольствием слушать».— вспоминал директор театра Ф. А. Шуберт.

 

 


Татьяна - О.А.Кашеварова. Гремин - Н.П.Охотников.

 


Татьяна - Антигона Сгурда, Онегин - Рудольф Константин. ФРГ.

 


Весной 1899 года, в торжественные дни празднования столетия со дня рождения А. С.. Пушкина, на сцене Большого театра, в Москве, в партии Ленского выступал молодой Л. В. Собинов. «. . .Это было воскресение Пушкина и Чайковского. — писал впоследствии С. Н. Дурылин.— Это был Ленский Пушкина. . . Его не только слушали, ему не только верили — его любили, его жалели...» К концу 1880-х годов, как писал Б. В. Асафьев, в России уже не было оперы более популярной и любимой. Это утверждение справедливо и для наших дней.

Касаясь музыки «Евгения Онегина» в заключении статьи «„Евгений Онегин". Лирические сцены П. И. Чайковского. (Опыт интонационного анализа стиля и музыкальной драматургии)», созданной в осажденном Ленинграде в 1942—1943 годах, Б. В. Асафьев писал: «Прелесть же ее не суммируется тремя впечатлениями: правдиво, просто, свежо?! Очень немного художественных произведений, о которых можно было бы высказаться столь кратко и, право же, по существу, и при первом же ближайшем прослушивании вновь подтвердить себе еще и еще раз, что отзыв этот остается в полной силе».


 


 

 






© Академия духовного и телесного развития. 2011 - 2017